Деньги просто так

Фото: После нескольких лет работы Михаэль Бомайер на собственном примере убедился в целительной силе безусловного дохода
После нескольких лет работы Михаэль Бомайер на собственном примере убедился в целительной силе безусловного дохода
Фото: AFP

Немец Михаэль Бомайер создал общественную организацию «Мой базовый доход». Он собирает пожертвования, чтобы ежемесячно выплачивать счастливчикам по €1 тыс. ни за что ни про что. Как такое счастье влияет на человека, в материале для «Д» рассказывает Петер Кепф.

Михаэлю Бомайеру надоело быть белкой в колесе. После нескольких лет работы IT-администратором и руководителем одного берлинского стартапа 29-летний немец решил отойти от дел. Это случилось в 2013 году. С €3 тыс. после уплаты налогов его доходы упали до €1 тыс.— его доли в прибыли фирмы. «Как ни странно, в результате я стал намного свободнее, здоровее и креативнее,— говорит господин Бомайер сегодня.— Я стал успешнее выстраивать отношения, лучше справляться с ролью отца».

Все это, продолжает Михаэль Бомайер, стало возможным благодаря тому, что теперь он получал деньги без необходимости что-либо для этого делать. Никакой обязаловки, давления, необходимости к чему-то себя понуждать. И никаких забот. Вскоре произошло нечто удивительное: «Я стал замечать в себе все крепнувшую потребность творить и новый для меня интерес к миру».

Тогда господин Бомайер подумал: возможно, «деньги без условий» могут аналогичным образом даровать свободу и другим людям? Чтобы выяснить это, он основал организацию «Мой базовый доход» — зарегистрированное объединение, которое собирает пожертвования и в течение года выплачивает отдельным счастливчикам по €1 тыс. в месяц, не накладывая на них никаких обязательств.

Концепция базового дохода будоражила умы многих мыслителей до него. Так, известный французский философ, социолог и экономист Андре Горц в 1983 году в своем сочинении «Путь в рай» описал идею предоставления некоего гарантированного дохода не как платы за труд в привычном смысле слова, а как средств, на которые имеют право все люди без ограничений. В качестве источника должно служить всеобщее благосостояние, «являющее собой результат производительных сил общества в целом, а не сумму трудозатрат отдельных индивидуумов». Такой подход тоже позволяет регулировать производство и обмен товарами и услугами, полагал философ. Андре Горц писал о «социальной плате», «социальном доходе» и «социальных дивидендах». По его подсчетам, для «производства всего необходимого» требуется около 20 тыс. часов на протяжении жизни. Это 10 лет работы на полную ставку или 40 лет при десятичасовой рабочей неделе.

Возможно, пришло время опробовать концепции, альтернативные работе full time. «Дигитализация несет в себе шансы,— убежден Михаэль Бомайер,— но вместе с тем она приводит к сокращению рабочих мест». Сегодня на Западе возмущаются условиями труда в Uber, говорит он, но даже такой работы скоро не станет, поскольку в недалеком будущем автомобили будут обходиться совсем без водителей. Только в Германии это приведет к увольнению 800 тыс. человек.

Концепция базового дохода будоражила умы многих мыслителей

Итак, повышение эффективности — и удешевление — бизнес-процессов делает ненужными нас, людей. Безработица — это следствие неоптимального распределения имеющейся работы. Ее последствием становятся рост числа получателей социальных пособий, дефицит вакансий и трудности с поиском первой работы. Все это пагубно сказывается на здоровье.

«Дамба уже не выдерживает напора,— считает господин Бомайер.— Так давайте лучше учиться плавать, чем заниматься строительством новых дамб». Конкретно это означает следующее: почему бы не обратить выгоду от автоматизации труда на благо всех? Можно создать специальный фонд, из которого будет выплачиваться базовый доход, чтобы разрыв между бедными и богатыми перестал увеличиваться.

Дело в том, объясняет Михаэль Бомайер, «что у людей не осталось веры в общество, где несчастье одного становится счастьем другого и где все нацелено на конкуренцию». А ведь базовый доход — это шанс прежде всего для тех, кто в условиях конкуренции и логики достижений вынужден выполнять наиболее неприятную, грязную работу. «До сих пор их заработная плата не соответствовала тому вкладу, который они вносят в жизнь общества в целом»,— убежден господин Бомайер. Адекватная рыночная плата за «нелюбимые» виды работ станет возможной только тогда, когда ни у кого не останется необходимости этим заниматься.

Через программу «Мой базовый доход» уже прошли больше 100 счастливчиков, отобранных жеребьевкой. И что же, все они поувольнялись с работы? Отнюдь — так поступили только трое, в том числе один молодой человек, который трудился в колл-центре: теперь он учится в вузе. Пятеро начали свое дело. Многие испытали облегчение, перестали чувствовать себя загнанными в угол, поскольку бремя ожиданий и страх перед увольнением частично ушли. «Один мужчина страдал хроническим заболеванием, в результате у него прошли приступы, он избавился от своих экзистенциальных страхов,— радуется Михаэль Бомайер,— и впервые в жизни смог отказаться от таблеток». Другой участник программы, долго остававшийся безработным, наконец смог трудоустроиться. Вместо «эта работа для меня жизненно необходима» на очередном собеседовании он смог сказать: «Деньги у меня есть, но я хочу работать у вас».

Свобода от принуждения и уверенность в завтрашнем дне не понаслышке знакомы и 20 сотрудникам организации. Кроме того, у них есть возможность получить представление и о концепции индивидуальной справедливости: весь персонал получает зарплату в зависимости от своих индивидуальных потребностей. «Нас не интересует, сколько каждый из нас может стоить на рынке труда. Вопрос стоит иначе: сколько денег мне нужно получать, чтобы голова была свободна для дела». Никто не зарабатывает меньше €10 в час. Самая высокая ставка — около €30. Люди на окладе получают от €1430 до €2300. «И этот высокооплачиваемый сотрудник не я»,— говорит господин Бомайер, подмигивая.

Человека с самыми скромными запросами зовут Мелания Шихан. €1430 27-летней женщине хватает, чтобы содержать себя и своих двух кошек, ходить в фитнес-клуб, приобретать необходимые страховки и даже понемногу откладывать. «Я не заработаю здесь больших денег,— говорит она.— Зато у меня классное рабочее место, замечательные коллеги и уверенность, что здесь мне внезапно не скажут: давай, убирайся, ты нам больше не нужна».

Через программу «Мой базовый доход» уже прошли больше 100 счастливчиков

В таком случае что можно возразить против базового дохода, если получать его будет каждый? И тот, кому €1 тыс. хватает для жизни, и тот, кто параллельно продолжит работать или творить, то есть практически все: от нищего до миллионера? Разумеется, в таком случае с этих денег придется уплатить налог, поэтому работающим немцам достанется меньше, тем более что ставки прогрессивного налога в Германии для граждан с высоким доходом призывают поднять. «Я не вижу ничего плохого в желании разбогатеть собственным трудом и иметь больше, чем есть у других,— отмечает Михаэль Бомайер.— Но только не за счет этих других. И мне бы хотелось, чтобы я мог в любую минуту остановиться, сохраняя при этом возможность остаться человеком».

Своего рода базовый доход в таких странах, как Германия, по сути, уже существует — в виде системы социального страхования. Однако получение выплат сегодня невозможно без принятия на себя определенных обязательств и выполнения требований. Это отвлекает внимание и губительно не только для креативного потенциала, но и для возможности планировать семью. Ведь сегодня в западных социумах сохраняется следующая ситуация: у тех, кто много работает (и хорошо зарабатывает), нет времени на детей. Тем же, кто получает социальное пособие, поднять троих детей тяжело, поскольку пособие выплачивается не отдельным людям, а семьям, и чем они больше, тем меньше денег в пересчете на человека. Таким образом, от необходимости искать работу пособие не избавляет. Зато базовый доход в любой из моделей сказывается на семьях благоприятно. Если следовать представлениям господина Бомайера о величине безусловного базового дохода, то полная семья с тремя детьми должна получать €5 тыс. Михаэлю Бомайеру это представляется вполне справедливым: «Заботиться о троих детях — это как минимум одна полная ставка». А какие перспективы открылись бы перед Германией! Немцы снова озаботились бы вопросом деторождения.